085502B1-508D-48A9-BD89-01CA5BCC9BD2
Наши в городе

Один из самых ярких и любимых девушками участников «Битвы экстрасенсов», аланский провидец Константин Гецати утверждает, что благословение на проект ему дали… духи.

Константин стал настоящим секс-символом для миллионов девушек, которые пытаются обратить на себя внимание через единственную социальную сеть, в которой есть его аккаунт. 

576266E3-A470-4B76-AB2C-53F084D15F2A

— Константин, вначале хотелось бы поговорить о месте, в котором вы прожили много лет — что для вас значит Осетия?

— Осетия для меня — родная земля. Земля моих самых сильных и родных духов. Земля, где живут особенные для меня люди. Это колыбель аланов. Это поистине удивительные просторы.

— О себе вы рассказываете, что, несмотря на место рождения — Магаданскую область — в семье строго соблюдались осетинские традиции. Расскажите об этом поподробнее.

— А что тут подробно рассказывать? Наша семья всегда серьезно относилась и относится к традициям. Не важно, где человек живет, он всегда должен чтить культуру народа, к которому относится. Нельзя оторвать человека в душе от родины, где бы он ни находился. Как растение впитывает землю, на которой растет, так и человек впитывает энергетику мест, в которых жил он и его предки.

Читайте также: Гецати в Осетии: финалист «Битвы экстрасенсов» посетил родной вуз>>>

— Когда вы обнаружили в себе экстрасенсорные способности? Как это проявилось?

— Это было в морге, во время обучения в медицинской академии. Я разговаривал с человеком, которого вскрывали…

— Жуть… Вы рассказываете, что принадлежите к аланским провидцам. Почему считаете, что в ваших жилах течет их кровь? Рассказывают, что и ваш дедушка лечил людей с помощью особых ритуалов.

— Я ничего не считаю, я знаю это от духов, которые говорят мне не только о других, но и обо мне. Мне бы не хотелось кичиться своими родственниками. Что они захотят рассказать о себе, сами расскажут.

— Кроме дедушки, в семье экстрасенсорные способности проявились только у вас — родители, брат, сестра ничего такого в себе не ощущают?

— Культура аланских провидцев была утеряна на века. Забыта. И сейчас духи сами решают, кому открыть этот путь, с кем они хотят общаться, кого хотят выбрать в свои проводники. Это не родовая история — это история крови. Кровь одна, но не в каждом человеке она может заинтересовать духов.

— Почему, несмотря на неожиданно открывшийся дар, вы решили продолжать врачебную карьеру? Или с детства мечтали пойти по стопам отца-хирурга, и тоже стать врачом?

— Аланские провидцы всегда занимались травами и медициной. Это часть их жизни. Поэтому это никак не помешало мне, а даже наоборот. Кроме того, я считаю профессию, которая помогает людям, лучшей для себя.

— После того, как родители поняли, что у вас есть такой необычный дар, они отправили вас в Москву, потому что думали, что вы чуть ли не станете затворником в горах. Почему?

— В определенный период своей жизни я стал дневать и ночевать в горах, в особых для себя местах. Была такая вероятность, что я бы переехал туда и остался там жить затворником. Хотя почему была? Она и сейчас есть. Только теперь я взрослый мужчина, и если приму такое решение, оно будет более взвешенное и осознанное, чем тогда, в молодые годы.

— Не приходилось ли во врачебной практике прибегать к помощи экстрасенсорных способностей, когда понимали, что поставить диагноз или назначить лечение традиционными методами сложно?

— Приходилось, но я никогда не лечил. И хочу сказать, что лечить должна только медицина. Другие методы бесполезны. В своей практике я работал с энергетикой человека, но редко. Иногда занимался фитотерапией. Мало кто знает, на что способны травы. Они, конечно, не вылечат от серьезного заболевания, но зато могут творить чудеса со здоровым организмом или с хроническими заболеваниями.

— Константин, а что для вас значит проект «Битва экстрасенсов» на ТНТ, благодаря которому о вас узнало невероятное количество людей?

— «Битва» для меня уникальный проект. Она дала мне возможность распахнуть окно в свою жизнь, возможность поработать с людьми, которые оказались в тупике и не могли обойтись без помощи особых сил, возможность познакомиться с разными экстрасенсами. По сути, «Битва экстрасенсов» — это история, которая закончилась, изменив какую-то часть моей жизни и мне немного грустно, что все уже позади.

— Вы достаточно закрытый человек, на вопросы тоже отвечаете очень лаконично, и вдруг публичный проект, камеры, люди… Кто уговорил вас участвовать в «Битве экстрасенсов»?

— На «Битву» меня уговаривала пойти сестра. Видимо, ее интуиция говорила, что этот проект мне нужен. А мои духи не дали мне на это добро. И только позже, когда я получил их благословение, я пошел на проект.

— На проекте о вас говорили как о молчаливом экстрасенсе. Во время съемок вы постоянно просили тишины у ведущего и во время получения задачи практически не говорили, что будете предпринимать, удивляя всех вокруг. В жизни вы такой же молчаливый и загадочный?

— Я в жизни говорю еще меньше, чем во время съемок. Там нужно было многое объяснять, а вне камер я ничего не объясняю. Либо меня понимают с полуслова, либо я не общаюсь.

— Люди в вашем возрасте проводят очень много времени в соцсетях. У вас, как я понимаю, есть только Instagram, но и там вы поводите не очень много времени. Почему?

— Мои социальные сети — это мир духов, там я провожу больше времени, чем обычный человек в интернете. Там нет фейков, троллей, лжецов и лицемеров, там реальная жизнь. И если там и есть грязь, то она необходимая, а не просто разбросанная без всякой надобности как в интернете. Да и без видео с котиками, рекламой ненужных вещей и пиратских фильмов я прекрасно живу.

Я в Instagram захожу только потому, что иногда очень занят, но хочу, чтобы люди, которые за меня волнуются, видели, что у меня все в порядке. Правда, до сих пор не могу заставить себя быть там более активным. А недавно пришлось запустить официальный сайт, потому что количество мошенников под моим именем просто пугает.

— Нравится ли вам такое большое внимание со стороны девушек — если почитать комментарии под вашими фотографиями, пол-России готовы с вами встречаться, и едва ли не создавать семью. Что у вас с личной жизнью?

— Мне не нужно пол-России. Мне одной более чем достаточно. Просто пока мы не встретились.

— При рождении вас нарекли Таймуразом Гецаевым. Почему вы взяли псевдоним — Константин Гецати и правда ли, что теперь так звучит ваша имя-фамилия и в паспорте?

— Я не брал псевдонима. И в паспорте действительно написано Константин Гецати. Имя Таймураз было дано мне при рождении исходя из традиций. Ни мама, ни папа не давали мне этого имени — они просто выполнили свой долг. Я вырос и взял имя отца.

— Как на это отреагировали родители?

— Родители меня поддержали.

— Слава пришла к вам как к экстрасенсу — не было ли у Гецаева-врача легкой зависти к Гецати-экстрасенсу?

— Я не страдаю шизофренией. И к самому себе ревности не испытываю. Как мне суждено проживать эту жизнь, так и проживаю.

— На время проекта «Битва экстрасенсов» вы брали отпуск на основном месте работы — что планируете делать сейчас? Может, у вас появились более интересные предложения или есть другие планы?

— Мой отпуск — это «утка». Я уволился с основного места работы. Сейчас планирую открывать свою клинику.

 

(c) Sputnik

 

5028253
ДиаспораНаши в городе

Сюзанна Бокоева оказалась в Америке благодаря программе «Work and Travel» — многие студенты Института цивилизации, в котором Сюзанна училась на отделении «Связи с общественностью», в совершенстве выучив английский язык, уезжали практиковать его, а также «работать и путешествовать» в штаты.

— Я всегда знала, что буду жить в Америке, хотя она всегда казалась такой далекой и недоступной. Наверно, на это желание повлияли разговоры с моей бабушкой о том, как ее отец уехал в Америку и как ей хочется найти американских родственников, потому что она очень жалела, что в свое время ничего не спрашивала у отца о его жизни в Штатах. Вот так как-то все сюда меня и вело, через поколения, так сказать.

Сюзанна признается, что первая поездка была провальной и она считала дни до возвращения домой. Но уже через неделю паковала чемоданы, чтобы уехать обратно, потому что отчаянно хотела сделать «работу над ошибками».

— И в этот раз я четко знала, что я еду не просто работать, или путешествовать в Америку, а жить. Я мало помню свои первые ощущения. Все было бессознательно — на уровне запахов и света. Четко помню, что была очень потеряна, но вместе с тем у меня словно выросли крылья, было ощущение полной свободы. Ощущение того, что перед тобой все, что ты хочешь! Просто бери! Невероятные ощущения, я бы хотела испытать это еще раз в своей жизни! Помню, что очень удивлялась тому, что сразу с аэропорта я не увидела небоскребов. Вот это было настоящим разочарованием.

Первое время Сюзанна работала в югославском баре. Разливала алкоголь всем «страждущим и обремененным». Потом в пакистанском нелегальном игровом заведении. Следующим пунктом работы стала албанская кофейня. Так Сюзанна сменила несколько десятков баров и кафе, пока не встретила его.

— Я встретила Сему (Самира) в лаундже недалеко от дома. Я ходила туда танцевать по выходным после работы. Одна. В уггах. Там были всегда одни и те же люди, и одни и те же песни. Я не помню, как мы познакомились. Просто помню, как влюбилась в его танцы и как мы танцевали каждые выходные. Дотанцевались! Танцуем теперь вчетвером.

Сюзанна Бокоева

В браке с Самиром — уроженцем Баку, который живет в Америке с 10 лет, а сейчас работает на небольшой фабрике лекарственных препаратов, у Сюзанны родились сын Джейдэн и дочь — Мила. Сейчас Джедэну семь лет, а Миле — пять.

— Моя семья очень меня поддерживала и при переезде в штаты, и при замужестве. Спасибо им огромное за это. Это была мощнейшая поддержка. С детьми и супругом мы были во Владикавказе два раза. Конечно, это море эмоций! Конечно, легче жить среди своих, ведь когда семья рядом, так спокойнее. Дети часто просят о поездке в Осетию — столько внимания им здесь уделяют. А Самир влюблен в горы, ведь он сам с Кавказа — горский еврей родом из Баку. Впервые он выехал из США в 2013 во Владикавказ! Планируем как-нибудь слетать и в Баку. Детей я воспитываю также, как меня воспитывала моя мама. А Сема так, как воспитывал его папа. Если получится также, то они будут классные.

Американская история любви Сюзанны Бокоевой

Дети Сюзанны и Самира помимо школы активно занимаются спортом и искусством.

— Американские дети как и везде все очень-очень разные. В Бруклине, где мы живем, они, в большинстве своем, очень невоспитанные, матершинники, им все позволено и ничего с этим не сделаешь. Поэтому очень важно максимально занять ребенка кружками, где будет формироваться окружение. Джей ходит на тхэквандо, у него очень хороший мастер-наставник, также он ходит в бассейн, потому что этот тот навык, который может спасти жизнь ни только ему, но и еще кому-нибудь. Также Джей интересуется брэйк-дансом, музыкой и борьбой (кровь не вода). Но все эти удовольствия не из дешевых, поэтому пока так. Милуся ходила на танцы, но не пошло. Сейчас пошла на музыку, но что-то тоже уже без особого энтузиазма. Посмотрим как дальше будет. Для меня самое главное — вырастить детишек счастливыми. Я хочу, чтобы они были благодарны за все, что у них есть, или за то, чего у них нет. Я часто им привожу в пример себя: «Дети, вот мама всем была довольна и маме пришло еще больше». Милуся моя в меня пошла — вечно рот до ушей, счастливая, радостная, поэтому больше разговоров у меня с Джейди. Ему почти 7, но уже проскальзывает подростковый пессимизм, который меня выводит из равновесия.

Американская история любви Сюзанны Бокоевой

Пока дети в школе, у Сюзанны остается время на себя и работу.

— У меня каждый день проходит примерно одинаково. Я просыпаюсь, собираю детей в школу, Сема их отвозит. До двух часов я бываю свободна, у меня есть долгожданное время на себя, поэтому я либо иду в бассейн, либо встречаюсь с подругами за чашкой кофе. Далее у меня остается час-два на работу из дома (кто бы мог подумать что здесь мне понадобятся мои скудные навыки пиарщика). Я помогаю своим друзьям фотографам — занимаюсь продвижением их услуг в интернете. Кстати, благодаря этому, я тоже влюбилась в фотографию. Вообще, я человек вечно чем-то увлекающийся. Сейчас меня больше привлекает фотография, но я никак не развиваюсь в этом направлении, хотя могла бы. После работы я забираю детей из школы, мы едим, а пока дети делают уроки, я прибираю, готовлю. Далее у нас кружки, парк, дом, душ и сон. И так каждый день, но мне нравится.

Американская история любви Сюзанны Бокоевой

Сюзанна рассказывает, что рожать в Америке было очень волнительно.

— Роды в Америке… Для меня, конечно, это все было ново и страшно. Без страховки рожать очень-очень дорого, как впрочем и пользоваться всеми остальными медицинскими услугами, в штатах. В моем случае, страховка покрыла абсолютно все — и весь срок беременности и роды, а потом еще и консультантов по грудному вскармливанию и даже смеси, которые тоже очень дорогие. Все проходило очень ровно и хорошо. Я решила не выбирать одного гинеколога, а наблюдалась у акушерок, которые впоследствии принимали роды. Отношение персонала к пациенту — отдельная история. Я ощущала себя, если не первой леди, то внучкой президента, точно.

Сюзанна не отрицает, что как и везде, в Америке есть свои минусы, но она готова их принять.

— Самое ценное для меня в этой стране — простота, которая во всем, начиная от одежды и заканчивая ресторанами. Тут каждый может быть собой и никогда не будет осмеян. Здесь ценится любой труд. Перечислять могу бесконечно. Конечно, и минусов много… наверное. Но мне здесь комфортно. Очень. У меня здесь много подруг и самые близкие, конечно, русскоговорящие. Девочки из Москвы, Минска, Ялты, Уфы, Киева. А недавно я познакомилась с девочками из Осетии и они мне стали как родные. У нас есть прекрасная диаспора в Нью-Джерси, в Филадельфии и Чикаго. Мы празднуем осетинские праздники, или просто собираемся на пикниках. Вот, в воскресенье 15 октября, ребята собираются в честь дня рождения Коста Левановича Хетагурова. Так что родину мы не забываем! Всем моим знакомым очень интересна Россия, каждый хотел бы побывать в нашей стране и это 100%. У каждого человека из Нью-Йорка есть русский друг, или знакомый! Это факт! Но, к сожалению, об Осетии знают единицы. И это обидно. Но я, как могу, исправляю это.

 


Анна Кабисова, Sputnik


 

crop_45_1
новости

Полуфинальный бой Всемирной боксерской суперсерии (WBSS) за титулы IBF и WBA в первом тяжелом весе между Муратом Гассиевым и кубинцем Юниером Дортикосом пройдет 3 февраля в Сочи.

499FC9E6-820C-48F9-A997-D6C3985D23D8
ПРЕССА

Тимур Губаев оказался на грани краха, когда взлетели цены на импортную косметику и хозяйственные товары, которыми он торговал. Спасло умение мастерить и Instagram — и сейчас мебельный бизнес приносит его компании 20 млн руб. в год

D7C10A76-02D5-4760-B289-8029A2287A83

У североосетинской мебельной компании Guticher нет своих магазинов и даже сайта. Ее основатель Тимур Губаев не тратится на рекламу. Все, что ему нужно для продвижения своей продукции, — это аккаунт в Instagram.

При этом мастерскую по производству дизайнерской мебели в среднем ценовом сегменте Губаев запустил в 2014 году от безысходности — его прежние бизнес-проекты оказались на грани краха из-за обвала рубля. И, как показало время, не прогадал — покупать мебель за рубежом многие перестали, и его продукция оказалась востребована. Выручка ООО «ТГВ ГРУПП» Губаева за 2016 год составила 20 млн руб., чистая прибыль — 6,7 млн руб.

Тимур Губаев родился в небольшом поселке Сергино в Тюменской области. Когда ему исполнилось три года, родители вернулись на родину — в Северную Осетию.

С детства Губаев любил мастерить, в школе увлекся черчением, думал после нее изучать архитектуру. Но после получения аттестата в 1997 году пошел обучаться таможенному делу в Владикавказский институт управления. Тимур признает, что поддался общему ажиотажу — специальность считалась модной, а близкая граница с Грузией манила перспективами. К концу учебы он разочаровался в выборе, да и найти работу по специальности без связей оказалось непросто.

Побороть нахлынувшую апатию помогла одноклассница, которая убедила вместе с ней поступать в университет в Гамбурге. Пришлось учить немецкий практически с нуля, собирать кипу документов, готовиться к переезду, но, как бы то ни было, в 2003 году Губаев снова стал студентом, начал изучать маркетинг.

В то время Германия переживала непростые времена. Официально на работу без образования и должного знания языка иностранцу было не устроиться. А денег, которые присылали родные, хватало только на оплату жилья. Губаев подрабатывал то грузчиком, то уборщиком, то официантом.

В 2006 году у Губаева серьезно заболел отец, и теперь уже его родным понадобилась финансовая поддержка. И он придумал, как заработать: закупил микрофибру (обычно ее используют при изготовлении салфеток для уборки) и привез в Северную Осетию. Пробная партия разошлась довольно быстро, потому что тогда на российском рынке аналогов было мало. Через год отец умер. Губаев вернулся во Владикавказ, закончив обучение, зарегистрировал ИП и начал всерьез заниматься торговым бизнесом — нашел оптового покупателя, организовал склад. К 2012 году он поставлял микрофибру в местные торговые сети «Макшел» и «Золушка». К 2014 году выручка бизнеса Губаева достигла 14,5 млн руб., прибыль — около 3 млн руб.

Тогда он решил попробовать себя в чем-то еще. Губаев заметил, что спрос на хозяйственные товары растет зимой и летом, а весной и осенью падает. Знакомый из сферы косметологии рассказал, что у него все ровно наоборот. Так молодой человек занялся косметологией — начал с поставок профессиональных препаратов для ухода за кожей, а затем организовал свой косметологический центр.

Однако когда в конце 2014 года обвалился рубль, оба бизнеса оказались на грани краха. Ведь и средства для уборки, и косметику он закупал за стремительно дорожающую валюту, а оптовые клиенты с ним расплачивались через три месяца в дешевеющих рублях. Кассовые разрывы достигли губительных размеров, а всю маржу съела инфляция.

943A1C5E-A219-4D0D-9E39-169A00E5789D

Рынок падает, интернет-продажи растут

По данным «РБК Исследования рынков», в 2015 году объем продаж мебели в России сократился на 9,9% по сравнению с 2014 годом, составив 419,8 млрд руб. В 2016 году объем розничных продаж продолжил снижение — он упал на 5,3%, до 397,6 млрд руб. При этом снижение идет за счет падения импорта, тогда как некоторые местные производители наращивают объемы.

Самый быстрорастущий канал продаж мебели — это интернет. По итогам первого полугодия 2016 года объем интернет-продаж увеличился на 46,9%, до 974 млн руб. Сегодня 21,6% россиян покупают мебель в интернете, а в специализированных магазинах — 48,2%.

«Я сидел и думал — либо сейчас все потеряю, либо надо выкручиваться как-то. Это был самый сложный в моей жизни период», — вспоминает Губаев. Чтобы хоть как-то оставаться на плаву, он торговал самыми разными товарами, цеплялся за возможности, которые сулили хоть какую-то прибыль.

Осенью 2014 года предприниматель затеял ремонт своего дома. Сотрудничавший с ним мебельщик рассказал, что можно выгодно купить дубовый лес, который вот-вот, по его мнению, подорожает. Времени на анализ рынка совсем не было, и Губаев решил рискнуть. Закупил 50 куб. м сухого кавказского дуба на всю оставшуюся наличку — 600 тыс. руб. Шло время, но цена не росла. Перепродать дерево было сложно, и тогда он решил, что надо самому использовать материал.

К тому же он заметил, что на мебельном рынке образовалась свободная ниша: импортная мебель резко подорожала, и ее перестали покупать. Значит, можно попробовать работать в среднем ценовом сегменте, подумал Губаев и решил заняться импортозамещением. В январе 2015 года он подыскал помещение и начал выкупать станки у местных мастеров. На старт бизнеса — ремонт цеха и закупку оборудования — ушло 800 тыс. руб., которые он откладывал на ремонт.

Работать руками Губаеву было не впервой, так что обустройство помещения и подготовка к запуску легли на его плечи. Первое время помогали друзья. Затем к команде присоединился мастер по покраске. На территории промзоны уже были мастерские по работе с металлом и др. Тимур договорился с ними о сотрудничестве. Бренд придумал незамысловатый — Guticher — от Губаев Тимур Черменович.

В марте 2015 года включили первый станок, за который встал сам Тимур и его друзья. Они стартовали с производства мебели для себя, а первыми сторонними клиентами стали знакомые. Покупали по мелочи — то тумбочку, то дверь. Спрос, пусть и небольшой, придавал уверенности. Губаев решил принять участие в майской отраслевой выставке «Сделано в Осетии».

Специально для нее команда подготовила комплект мебели. Сроки поджимали. «Круглые сутки — ночью и днем — бесперебойно работали вчетвером, чтобы сделать несколько моделей», — вспоминает Губаев. Он не прогадал — после выставки пришли первые клиенты, которых он лично не знал. Но нужно было придумать более стабильный канал привлечения клиентов.

В июне 2015 года предприниматель завел «мебельный» аккаунт в Instagram. Это решение подсказал опыт работы с косметологией. Еще в 2012 году Губаев создал страницу для продажи косметики. Тогда раскрутка компаний и продажи через Instagram были в новинку, и параллельно он размещал рекламу в местных глянцевых изданиях. Но к 2014 году понял, что дорогая реклама уступает Instagram по эффективности привлечения клиентов. И теперь это для него основной канал. По оценке Губаева, Instagram сейчас приводит 90% покупателей, а остальные 10% — сарафанное радио.

Аккаунт предприниматель ведет сам — выкладывает туда фото своих работ, фотографии с производства, картинки интерьеров и видеоролики. У аккаунта сейчас 9,9 тыс. подписчиков. Единственная статья расходов — профессиональные фотосъемки мебели, на что уходит около 5 тыс. руб. в месяц.

В итоге за два с половиной года существования компания Губаева выполнила порядка 200 заказов, конверсия составила около 2% от общего числа подписчиков в Instagram. Это отличный результат — по данным платформы для персонализации интернет-магазинов Retail Rocket, средний показатель конверсии интернет-магазинов колеблется около отметки 1%.

В 70% случаев заказчики, направляя заявку, сразу знают, чего именно хотят, и показывают примеры, рассказывает Губаев. В остальных случаях подключаются дизайнеры, которых предприниматель переквалифицировал в проектировщиков мебели. «Меня подкупили горящие глаза Тимура. Все проекты, которые мы реализовали, мне кажутся достойными», — рассказывает один из первых клиентов предпринимателя, дизайнер Марина Уртаева.

В основном заказывают мебель для дома. Средний чек на шкаф — 100 тыс. руб., кухню — 300 тыс. руб., разработка комплекта дизайнерской мебели обойдется в среднем в 700 тыс. руб. Максимальный заказ у Губаева был на сумму 1,3 млн руб.

Самое приятное для Губаева в мебельном бизнесе — то, что здесь не бывает кассовых разрывов — он берет предоплату в размере 70%.

Один из самых необычных и серьезных для него заказов поступил от Тамары Хугаевой, владелицы ресторана национальной кухни «Къона» (в переводе с осетинского — «домашний очаг»). Хугаева попросила обставить все заведение в соответствии с национальным канонами. Губаеву пришлось перерыть городские архивы, но с заказом он справился. «Он сразу начал разбираться, как правильно это сделать, а не искать причины, почему это невозможно», — вспоминает Хугаева. Команда Губаева изготовила мебель для зала, рассчитанного на 100 посетителей, двери и декоративные элементы для стен и потолка. По словам владелицы заведения, гости ресторана постоянно хвалят интерьер.

Среди значимых работ предприниматель также называет шкаф для футболиста ЦСКА Алана Дзагоева, интерьеры для гостиницы в Абхазии и салона красоты в центре «Грозный-Сити». Несколько заказов было и из Москвы. «Есть сложные проекты, за которые никто в регионе не берется. В этом случае единственный выход — это прийти к нам. Что-то дизайнерское, мудреное, сложное, где сочетаются металл и дерево. Это наша ниша», — объясняет предприниматель.

К концу 2018 года Губаев планирует увеличить производственные мощности в 2,5 раза. Сейчас объемы производства позволяют выпускать 80 кв. м деталей в месяц (а в среднем один проект занимает 4–12 недель). Но спрос уже превышает предложение, и компания ищет способы для масштабирования бизнеса. Чтобы не подводить заказчиков, приходится постоянно расширять штат и часть рутинной работы вроде напила досок отдавать на аутсорсинг. Сейчас компания перестала браться за мелкие работы, теперь минимальный чек — 20 тыс. руб.

За два года команда выросла до 18 человек, и, по словам предпринимателя, это не предел. Из-за нехватки кадров на работу принимают бывших юристов и экономистов. Проблема в том, что работой с деревом в Северной Осетии занимаются в основном мастера, некоторым из которых 60 лет. Люди среднего возраста эту профессию в свое время обходили стороной. Предприниматель сравнивает: на вакансию в косметологии откликались в среднем 30 человек, в производстве мебели — один звонок в лучшем случае. К Губаеву обычно идут молодые предприимчивые мужчины без опыта в столярном мастерстве чуть старше 20 лет, которые видят перспективы в этой отрасли. На переквалификацию и подготовку одного специалиста уходит до полугода. «Могу сказать с уверенностью, что раза в два обороты я мог бы свои увеличить, если бы у меня были специалисты», — сокрушается предприниматель.

«Производство росло быстрее, чем я успевал организовать внутренние производственные процессы. Все делалось на бегу», — говорит Губаев. Он сам собирал мебель вплоть до прошлого года, но сейчас фокусируется на стратегических вопросах и ведении Instagram. Его цель — запустить еще и конвейерное производство. «Мы делаем все изделия практически в единичном экземпляре. Два одинаковых шкафа или два одинаковых стола мы еще не изготовили. В этом наша изюминка, но мне бы хотелось иметь модели, запущенные в серийное производство», — делится планами Губаев.

 

Взгляд со стороны

«В Instagram проще найти общий язык с аудиторией»

Елена Пискарева, автор проекта по продвижению в Instagram Naoblakax

«Instagram — уже часть жизни многих людей. Здесь проводят досуг, делают покупки и учатся. Здесь проще найти общий язык с аудиторией и показать себя с лучшей стороны. Результаты предпринимателя говорят сами за себя.

На мой взгляд, при правильной и регулярной работе это долгоиграющий проект. Чем дольше существует аккаунт, тем больше доверия к нему и со стороны самого Instagram, и со стороны пользователей. Главный риск в том, что Instagram — чужая площадка и правила устанавливаем не мы. И если вдруг завтра площадку решат закрыть — с этим придется смириться. Поэтому я бы советовала всегда иметь некий запасной аэродром (сайт, рассылка, что угодно), вести базу подписчиков и клиентов».

 

«Кейс компании Guticher уникален»

Павел Игнатьев, генеральный директор Агентства развития РСО — Алания

«Ключевая цель нашего агентства — улучшение инвестиционного климата региона, поэтому мы ведем работу как по привлечению внешних инвесторов, так и по поддержке местного бизнеса. Как правило, предприниматели обращаются за помощью в решении земельных вопросов, налоговых преференций, при необходимости использовать наши финансовые возможности.

Кейс Guticher уникален — им нужны сотрудники. Поэтому мы начали работу над проектом переквалификации трудоспособного неработающего населения. Не секрет, что после 30–35 лет у многих наступает профессиональное выгорание, когда работа зачастую уже не в радость, людям нужна возможность кардинально изменить жизнь, получить новую специальность. На деле — это новые рабочие места, люди, которые занимаются интересным делом и видят качественный, осязаемый результат своей работы, это расширение производства в будущем, а значит, увеличение поступлений в республиканский бюджет».

«Понятно, почему производство не справляется с заказами»

Андрей Рогозин, основатель компании по производству «умных» столов Tabula Sense

«Выглядит мебель очень хорошо, понятно, почему производство не справляется с заказами. Это просто качественное изготовление мебели на заказ с хорошим аккаунтом в Instagram. По масштабированию все уже придумано до нас — либо кредит, либо инвестиции. У нас сработал второй вариант. Не думаю, что ему надо сильно беспокоиться о конкурентах — в нашей действительности достаточно просто качественно и в срок делать свою работу, большинство конкурентов останутся за кормой уже на этом этапе».

%d0%ba%d1%83%d1%81%d0%be%d0%b2-%d1%87-%d0%b1
Открытым текстом

21762778_1962462214012084_6164137573392669278_o

 

 


Колонка Олега Кусова



 

 

У крупного российского бизнесмена дети, как правило, тоже трудятся в бизнесе, но они не всегда успешны. У крупного политика дети могут быть кем угодно, но чаще они занимаются всем, в том числе и бизнесом – и при этом удачно. Потому что политик в состоянии привить им умение жить, широкий кругозор, а не только делать деньги, как бизнесмен. 

Так и с народом. Удача, когда у него больше глубоких политиков, а не успешных эгоистичных бизнесменов. 

В Северной Осетии в 90-х годах было очень много удачливых бизнесменов-водочников. И очень мало глубоких политиков, которые, к тому же, не смогли договориться между собой — бодались друг с другом за места. В итоге постсоветские годы Северная Осетия проиграла. Сгинули и многочисленные миллионеры-водочники. Чечня превратилась в лощенную, пусть только внешне, республику, восстав из пепла – в буквальном смысле слова. Ингушетия отстроилась за несколько лет после осени 1992 года. В лучшую сторону изменились Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкессия. Северная Осетия, располагая наилучшим географическим положением, получила многочисленные трагедии и «Электроцинк». 

Бизнесмены столь масштабные вопросы, как реконструирование республики в федеральном пространстве, решать не привыкли. Для этого нужны масштабные политики, которым эти бизнесмены должны смотреть в рот и исполнять их поручения. 

Александр Тотоонов ворвался в федеральную политику в середине двухтысячных. Его имя связано с созиданием, а не с разрушением. За несколько лет масштабы политической деятельности Тотоонова напугали даже извечных «друзей» России – американских и европейских политиков, включивших его чуть ли не во все санкционные списки. В международном комитете Тотоонов занимался самыми проблемными точками на постсоветском пространстве, включая Южную Осетию. 

Тут бы радоваться Осетии, что наконец-то у неё появился достойный политик международного уровня. Примерно такой, как Арсен Фадзаев в вольной борьбе. Но депутаты североосетинского парламента, избранного в результате невероятно скандальной предвыборной кампании, начали свою работу с выражения недоверия самому известному и авторитетному своему коллеге, заменив его на лидера фракции, члены которой в знак протеста сдают депутатские мандаты. Это всё равно, что Арсена Фадзаева в своё время исключить из сборной страны после первой его золотой олимпийской медали. 

Такой цинизм не прощается. У этого парламента, увы, история будет тяжелой. Кто не верит – выпишите мои слова в записную книжку. День, когда эта запись будет прочитана с трагической актуальностью наступит – к большому нашему сожалению. 

Кто рождался в муках и злобе, тот обречён на такую же жизнь. Впрочем, если избиратели согласны с нынешним парламентом – это их право. Только вот все претензии насчёт своей жизни теперь – зеркалу!