azamat-by-sasha-gusov
Открытым текстом


Колонка Азамата Цебоева


 

Мама моя родилась и выросла в высокогорном осетинском селе Садон. Когда началась война, все здоровые мужчины призывного возраста из этого села ушли на фронт. В их числе – мой дед, его брат, его старший сын и многие другие. Две трети из них погибли. Из класса маминого старшего брата не вернулся никто, включая брата.

Все мужчины ушли на войну. Кроме одного. Назову его К., чтобы не травмировать живущих родственников. Этот К. решил вместо фронта, где могут убить, пойти в партизаны. Немцы до Садона не дошли – их остановили под Владикавказом – так что, партизанить в нашем ущелье было достаточно безопасно и относительно комфортно. Партизанил К. практически до конца войны и даже сумел убедить начальство в том, что в деле Победы есть и его вклад.

Дед мой – Хаджумар Битаров – провоевал войну, был ранен, попал в плен, бежал, снова попал в плен, был освобожден, прошел все проверки, снова воевал.
Этого К. он презирал и отзывался о нем только матерно.

Когда Хаджумара спрашивали, как здоровье, он обычно отвечал, имея в виду К.: «Пока этот … … … жив, со мной ничего не случится». К., при этом, был младше деда лет на 15. А дед после войны и всего пережитого себя не особо щадил — часто выпивал, нормально закусывал, любил попеть и посидеть затемно.

Про войну, замечу, Хаджумар никогда не рассказывал – когда начинали расспрашивать, замолкал, уходил в себя, принимался беспокойно оглядываться в поисках выпивки и, как правило, ее находил.

Дед дожил почти до девяноста, пережив К. более, чем на пятилетку. Упорный был.

#бессмертныйполк

vrach0503
+

Памятник военному хирургу в ближайшие дни установят во дворе калужской больницы скорой медицинской помощи. Скульптуру доставили из Владикавказа. 

IMG_4829-08-05-17-20-23
Тема дня

В канун праздника Великой Победы заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам Александр Тотоонов почтил память участников Великой Отечественной войны — выходцев из Северной Осетии — Алании, похороненных на московских кладбищах.

FullSizeRender-03-05-17-14-19
Будни

FullSizeRender-03-05-17-14-19

Решением Совета палаты заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам – представитель от Республики Северная Осетия – Алания Александр Тотоонов удостоен Почётной грамоты Совета Федерации. Награду сенатору вручила спикер СФ Валентина Матвиенко.

Высшей ведомственной наградой Александр Тотоонов отмечен «за большой вклад в развитие российского парламентаризма и федерального законодательства, реализацию социальной и экономической политики Российской Федерации, укрепление международных и межпарламентских связей, активную общественно-политическую деятельность».

Skan_20160519-10
Будни

Депутат Государственной Думы РФ Артур Таймазов подал в Спортивный арбитражный суд (CAS) апелляцию на решение Международного олимпийского комитета (МОК) лишить его золота Олимпийских игр-2008 в Пекине после перепроверки допинг-пробы на запрещённые стероиды туринабол и станозолол.

IMG_3481
СтудВесна

Студвесна — это праздник студенчества, молодости и таланта. Вот и мы решили устроить нашу собственную «СТУДВЕСНУ на NOAR.ru» и представить вниманию читателя парад студентов лучших московских ВУЗов. На протяжении следующих месяцев в цикле статей вы познакомитесь с умниками и умницами из МГУ, МГИМО, Вышки, Строгановки, Гнесинки, Гитиса и т. д.  Все они молоды и неопытны, но целеустремленны, усердны и интересны своими взглядами на жизнь. Все они очень разные, но их объединяет Осетия, сложная учеба и жизнь в столице. Каждый из героев уже совершил свой первый важный в жизни шаг и уверенно движется по выбранному пути.

Символично открывают цикл «наши» в Московском Государственном Университете.

МГУ — крупнейший классический университет России, в котором обучается более 45 тысяч человек из всех регионов страны. В МГУ 40 факультетов,15 научно-исследовательских институтов, около 750 кафедр, отделов и лабораторий, Медицинский научно-образовательный центр, Научная библиотека, 4 музея, Ботанический сад, Научный парк и множество филиалов. А попечительский совет Университета возглавляет сам президент страны. Что тут добавить? Первые есть первые.

 

Мадина Дзугаева, 19
Высшая школа современных социальных наук
Отделение социологии, 2-й курс

«Моя мама в молодости очень хотела поступить в МГУ, но у нее была одна 4-ка на вступительных. Поэтому она нам с братом с детства говорила об МГУ и хотела, чтобы мы там учились. Именно поэтому мы были сразу нацелены на Москву. Единственное, я не сразу понимала, чем именно хотела бы заниматься. Но с самого начала не рассматривала «коммерцию», только «бюджет». Примерно за неделю до окончательного набора, я понимала, что да, сюда я поступаю. Конечно, эмоции были невероятные. Средний мой балл был примерно 80, и он позволил поступить. Но, надо сказать, на этом факультете требования не столь высокие, как на экфаке или юрфаке.  Там вообще требуется около 90 — 95. Тут, конечно, было полегче.

В школе я была отличницей, оканчивала 5-ю школу во Владикавказе. Кто бы что не говорил, а подготовка там очень хорошая. Помню, весь 11 класс не было времени ни на что, кроме учебы. Кроме того, Обществом и Историей я занималась с мамой. Она историк, и когда-то работала учителем в школе. Но потом она посвятила всю себя нам с братом. Когда пришло время готовить нас к поступлению, она изучила и поняла весь этот процесс и сама нас готовила. Около 4-х часов в день после школьных занятий мы занимались. В любое «свободное» время нужно было читать Историю, а потом и Общество «закрепить». Я думаю, что именно благодаря маме, мы и поступили. Когда перед экзаменами сдавали нервы, случались истерики и слезы, именно она поддерживала морально. Не говоря о ее педагогической помощи, в нашем с братом случае. Она была, конечно, безумно рада! Когда уже и я поступила в МГУ после брата, она, наверное, с ума сошла от счастья.

Некоторые мои ровесники начали активно готовиться к экзаменам еще с конца 9-го класса, а я до конца 10-го класса не понимала, кем я хочу быть, что буду сдавать. Я много думала об этом выборе. Я поняла, что когда я хожу по Владикавказу, я вижу город не таким, какой он сейчас, а таким, каким он должен быть. Я осознала, что нужно еще понять, кто и как должен сделать этот прорыв, чтобы жизнь стала лучше. Наверное, тогда мне и захотелось изучать механизмы общества и то, как это вообще работает.

Поступая сюда, я ясно понимала, что хочу сделать общество лучше. Но это, конечно, довольно абстрактно. Сейчас, например, с однокурсниками мы исследуем мотивацию работников бюджетных учреждений. Проводить исследования, на самом деле, очень интересно. Но сейчас появляется PR, и мне это тоже стало интересно. Вообще в МГУ прекрасно, но сложно выбирать. Потому что приходит преподаватель, к примеру, по Логике, но он тебе рассказываю про географию и топографию. Или пришел педагог по предмету Концепции современного естествознания, а рассказывал про химию и физику. Просто тут у преподавателей такой багаж знаний, что, кажется, они знают все. Это восхищает и может вмиг переключить твой интерес на совершенно новый предмет.

На первом же курсе нам начали говорить: «Вы — элита, и вы должны это понимать.» А мы сидим и вообще еще не понимаем, что тут делаем. То есть с первых дней нам говорят, что мы особенные и должны достигать каких-то вершин. Именно здесь ко мне пришло понимание того, что если ты учишься здесь, ты обязан расти.

На самом деле, все не так сложно, как кажется. Многие боятся. Многих тормозит именно то, что это МГУ, о котором все говорят, и это слишком сложно. Я не могу сказать, что сделала что-то такое запредельное, я просто готовилась так же, как готовились все мои ровесники. Все мои друзья последний год, так же как и я, днями и ночами готовились к экзаменам. Если говорить о моем факультете, сюда действительно поступить легче. Мы с мамой тоже исходили из этого, когда принимали решение. Еще могу сказать, что материальное положение тоже не должно тормозить. Потому что, например, я живу в общежитии, где, во-первых, хорошие условия, а, потом, я очень этому рада, потому что нахожусь в эпицентре студенческой жизни. И еще я уверена, что в МГУ обязательно нужно поступать тем людям, которые ищут себя. Потому что тут им помогут с этим разобраться».

 

 

Виктория Туаева, 19
Факультет мировой политики
2-й курс

«Когда пришло время выбирать ВУЗ, я рассматривала только МГУ. Картинка главного здания МГУ из школьных учебников с детства отпечаталась в моей памяти. И, конечно, мне казалось, что МГУ — это классно, интересно, и что это большие возможности. Я приехала поступать в сопровождении всей своей семьи. Надо сказать, что мои родные очень меня поддерживали на всем протяжении подготовительного периода. Так вот, когда я приехала подавать документы и увидела то самое главное здание и всю прилежащую территорию, я просто влюбилась в это место. Я подала документы на несколько факультетов, но в приоритете был факультет Мировой Политики. После сдачи ЕГЭ, я написала вступительный, потом ждала результатов, потом мне позвонили и сказали: «Вы поступили».

Получилось все довольно стремительно. Я оканчивала школу экстернатом за один год, и у меня было около 5-и месяцев на подготовку к ЕГЭ. В школе я всегда училась отлично, но здесь, конечно, намного сложнее. Большая конкуренция. Дело в том, что в МГУ вокруг тебя много действительно умных людей. И вопрос ума заключается не столько в оценках, сколько в подходе к жизни. Но это ведь тоже очень интересно, когда вокруг тебя люди, которые вдохновляют, от которых ты что-то берешь. При этом все они очень разные, но тебе будет легко это принять, если ты не будешь никого судить.

Я — единственная осетинка на курсе. Честно говоря, я и не знала, что к Осетии в Москве такое особое отношение. Когда все узнавали, откуда я, радовались и… просили принести осетинские пироги. Учтите, пока не принесешь, от вас не отстанут. (смеется) Позже в МГУ я нашла много осетин, что мне очень помогло. Это стало, можно сказать, трамплином для общения и интеграции в среду.

Сейчас мне нужно будет выбирать кафедру. У нас 4 кафедры, и я склоняюсь к кафедре международной безопасности. Потому что это реальная политика. Но еще мне очень интересно изучать Осетию, особенно конфликты, которые до сих пор там зреют: осетино-грузинский и осетино-ингушский. Вообще, в детстве, когда это все происходило, я не задумывалась о том, что 5-дневная война 2008 года — это событие мирового значение, которое оказало влияние на международную политику, в целом. Как раз сейчас мы это изучаем и анализируем. Я думаю о курсовой работе на эту тему.

Всем, кто мечтает сюда поступить, я хочу сказать: «Пробуйте!» Нужно пробовать, учиться, стараться и не слушать никого, кто считает, что это невозможно. Я тоже не верила, что смогу. Я думала, просто приеду в Москву, и еще год буду готовиться. Но мне тогда сестра сказала: «Просто сделай максимально хорошо, насколько ты можешь, и у тебя получится!»

Я бы хотела поехать учиться за границу в магистратуру. Мне интересно познакомиться с западной системой образования. Скажу по секрету, я мечтаю о Женеве. Там есть Женевский Институт Международных Отношений, который заканчивал Кофи Аннан и многие из тех, кто работают в ООН. Но туда очень сложно поступить.

В 17 лет мне казалось, что я знаю все, чего хочу от жизни. У меня были такие большие амбиции: работать в МИДе, мирить страны и вообще делать этот мир лучше. Но когда начинаешь во всем этом копаться, понимаешь, как все не просто. Все преследуют свои интересы, и именно этим обуславливаются принимаемые решения. Но я думаю, что, так или иначе, останусь в сфере международных отношений, потому что уж очень мне нравится их изучать. Я так же задумываюсь о Миссиях, типа ЮНИСЕФ. Потому что все происходящие в мире конфликты происходят из-за решений политиков, из-за того, что страны отстаивают свои интересы на международной арене, а в итоге страдают люди. Это ужасно, когда страдают люди, особенно дети. Когда они умирают, убитые химическим оружием, и никто не хочет взять на себя ответственность и признать, что сделали это именно они. Поэтому я задумываюсь о Миссиях, чтобы хоть как-то быть полезной». 

 

Сергей Бигулов, 21
Факультет вычислительной математики и кибернетики
Направление фундаментальной информатики и информационных технологий, 2-й курс

«Изначально я планировал поступать в Академию ФСБ. Поэтому этот год, когда меня должны были проверять, я остался в Осетии и поступил в ГМИ на Информационные Технологии. Но мой одноклассник, который как раз таки поступил в Академию, отговорил меня. Он сказал, что это совсем не то, что я представляю, что это как армия и мне не понравится. И тогда я задумался, куда я могу пойти. Так как еще со сколы мне нравилось программирование, я нацелился на СПбГУ и тоже на Информационные Технологии. Туда я проходил по баллам, которые у меня уже были, мне нужно было просто сдать вступительный. Но другой мой друг, который уже учился в МГУ на физфаке, сказал: «А почему ты не хочешь поступить сюда?» Сначала я сопротивлялся, потому что нужно было серьезно готовиться к физике, к вступительным экзаменам. Он меня тогда очень поддержал, замотивировал меня, можно сказать.

Для меня МГУ было чем-то нереальным, но так как у меня был запасной вариант в Питере, я думал: «Ну, попробую». Семья тоже относилась с опаской, но все говорили: «Попробуй»! Был забавный эпизод: когда я вышел со вступительного экзамена, мама сразу говорит: «Ну что, в Питер поступаем?» (смеется). Но в итоге я прошел. Баллов хватило на «бюджет».

Я очень хотел сюда поступить. Я полностью прекратил общение со своими друзьями, я полностью ушел в учебу в эти 2-3 месяца подготовки. Я стал просто асоциальный, на меня все обижались, потому что я перестал общаться. Но это того стоило. Самое интересное, что когда я написал вступительный экзамен и увидел, что прошел по баллам, у меня не было, как таковой, радости. Просто было облегчение. Напряжение было настолько сильным, что в тот момент, когда я понял, что поступил, я просто начал спокойно приходить в себя.      

После ГМИ мне казалось, что преподаватели будут более суровые и жесткие. Потому что я привык к тому, как у нас преподаватели относятся — ты задаешь вопрос, они тебе дают книгу и, вроде как, иди отсюда. А здесь настолько преподаватели открыты для общения. Не важно, профессор он или академик РАН, он тебе все объяснит на пальцах. Это меня очень удивило. Ты видишь настоящих больших ученых, а они с такой легкостью с тобой делятся всем. Например, у нас был преподаватель, который планировал стыковку порвой МКС, и он нам разжевывал все без грамма самомнения.

Спектр того, чем я могу заниматься, очень широкий. Я смогу работать везде, где нужно программирование чего угодно: от роботов до нейронных сетей, которые сейчас очень популярны. Нас не учат разрабатывать сайты, нас учат фундаментальным вещам. А, если уже хочешь, ты можешь ходить на спецкурсы. Это более простой прикладной вариант, а у нас больше математики, теории вероятности и того, на чем это все основывается.

Конечно, я хотел бы открыть что-то свое, на подобии Марка Цукерберга, который создал свою социальную сеть. Хочется написать что-нибудь, связанное с программированием и анализом больших данных. Сейчас много информации, и люди пока еще не научились ее анализировать. Если на это направить все силы, открывается очень много возможностей. Настолько, что даже страшно становится, что машины нас в итоге поработят. Уже сейчас программисты не понимают, как работают многие алгоритмы. Потому что машине просто скармливают информацию, она сама обучается и потом выдает готовый алгоритм, который работает. Но при этом мы не понимаем, как. То есть машина сама находит как-то связи внутри себя и выдает результат. Но у меня это вызывает большой интерес. Все так быстро меняется, а скорость изменений будет только расти, и хочется быть причастным к этому росту. Скоро будет два типа людей: люди, которые это программируют и понимают, и люди, который это потребляют. 

Я скорее агностик. Я крещенный, в моем доме есть иконы, но я не могу сказать, что Бога нет, как не могу сказать, что Бог есть. Мне кажется, божественно объяснение «чудес» больше идет от невежества, чем от того, что человек углубляется в суть. Много всего, что сейчас выводится математически, тоже можно было изначально назвать божественным проведением. Но с каждым годом остается все меньше того, что можно объяснить религией. Все больше вещей объясняется наукой. Но, в то же самое время, я считаю, что человеку нужно во что-то верить. А я верю в то, что есть что-то, что пока мы не можем понять.

Многие из моих друзей, например, тоже могли бы учиться в МГУ. Мне кажется, образование в столичных ВУЗах очень переоценено, потому что и там, и тут нужно учиться. Этот страх больше обусловлен тем, что они не знают, какого здесь. Родители в основном боятся отпускать детей. Очень толковых ребят, с которыми я учился на 1-м курсе в ГМИ, просто не пустили родители, потому что «это ж Москва», «там происходят плохие и страшные вещи», «там очень тяжело, и ты не потянешь», «не хватит денег на содержание». Очень много надуманных аспектов, которые затормозили людей, за исключением разве что материального. Конечно первые года два, когда ты еще не можешь работать, родителям придется поднапрячься, но потом уже можно выходить на самообеспечение. Все не так страшно. Например, мое проживание в общежитие в главном здании МГУ, например, стоит 1200 р. в год. Если есть желание учиться, и никто не тормозит, нужно ехать. 

Я хочу набраться опыта, пройти практику за границей, а потом, если я кем-то стану, приезжать и что-то делать для республики, потому что потенциал очень большой.»

Елизавета Цаликова, 20
Географический факультет, кафедра географии и мирового хозяйства
3-й курс

«Когда я выбрала Географический факультет, у меня был один вариант — МГУ. Потому что География — это достаточно специфическая область, и не везде это преподают хорошо. Мы посоветовались дома, и выбор был однозначный. На самом деле, я начала заниматься этим достаточно поздно, потому что многие мои одноклассники с 8-го и 9-го классов начинали готовиться к поступлению. При МГУ существуют олимпиады, по которым можно поступить. К ним я относилась довольно скептически, потому что мне казалось, что выиграть олимпиаду можно только обладая каким-то мегамозгом. Я на нее пошла только потому, что мне мой преподаватель сказал: «Ну что с тебя убудет? Сходи!» Пришла и вижу людей, которые, наверное, третий атлас уже доучивают, а я думаю: «Ну, ладно, напишу. Лишним не будет.» В общем, вышло так, что я поступила по олимпиаде.
Я просто влюблена в это все с первого курса. Во-первых, у нас очень душевный коллектив и теплые взаимоотношения с преподавателями. Наверное, в том числе, и из-за частых практик и полевых работ, в ходе которых мы много времени проводим вместе. Например, на первом курсе мы уехали на два месяца, проходить практику в Калужскую Область. Там мы варимся все вместе, и нужно быть совершенно асоциальным, чтобы как следует не познакомиться с людьми. На втором курсе, тоже во время практики, мы ездили по всей России. Мы доехали до Владивостока, оттуда поехали в Китай, а потом обратно во Владивосток через Иркутск. Это очень здорово, я была в полнейшем восторге. И, как вы понимаете, все это очень сближает. За это наш факультет нельзя не любить.
Учиться, конечно, сложно. Опять же, если ты учишься, а не гуляешь с лекций. Есть предметы, с которыми придется именно сидеть и зубрить. Например, недавно мы сдавали предмет Физ География Мира. Все это у нас было на первом курсе, и мы это помним, но был просто огромный объем информации — 2 учебника и 900 страниц суммарно. К счастью, так совпало, что по другим предметам у меня были либо «автоматы», либо досрочные экзамены, и, по факту, в январе я сдавала только этот один экзамен. Но если бы у меня не было столько времени на подготовку, я даже не представляю, как бы я его сдала. У нас пропуск семинара — это смертиподобно. Не из-за пропуска как такового, потому что преподаватели особо и не смотрят на посещаемость. Просто семинар у нас — это конкретно практическое занятие. Поэтому, пропуская его, самостоятельно довольно проблематично восполнить этот пробел.
Когда я училась на первом курсе и попала на первый фестиваль Российского Географического Общества, я пришла в такой восторг! Мы с ребятами просто влюбились в интерактивную карту России — ты можешь нажать на любой субъект и прочитать о нем все. Я думала: «Где это было, когда мы поступали?» (смеется) Потому что все эти карты мы рисовали сами и просто замучились с ними. Вообще, самое трудное — это нарисовать себе карту, по которой ты будешь учить. Для меня самой было открытием то, что очень многих вещей просто нет нигде. В школе то мне казалось, что в интернете есть все. А на самом деле, это далеко не так. Сейчас, к примеру, я пишу курсовую работу по крупнейшим городам: Лондону, Нию-Йорку, Парижу, Токио — и мне нужно было найти карты агломераций городов. Я была абсолютно уверена, что они есть в бесконечных вариациях, но ни одной не нашла. Я пришла в ужас, потому что мне пришлось это векторизировать самой. Вообще, наша специфика такова, что результат это всегда карта.
На Географический факультет нужно идти, только если тебе действительно нравится. В противном случае, это будет просто тратой времени. Потому что будет сложно. И, если тебе это не нравится, у тебя не будет стимула идти дальше и пробиваться в этой сфере. Поступление «потому что нужно» -это, по-моему, ужасно. Это же можно в депрессию впасть, если 5 лет заниматься тем, что тебе не нравится. И не надо бояться! Если ты готов, если ты занимаешься и себя на это настраиваешь, то бояться нечего.
Я очень хочу работать в Российском Географическом Обществе. Я бываю на разных мероприятиях и фестивалях, организуемых РГО, и мне это все очень нравится. Я пока не знаю, с какой стороны к этому подступиться, но у меня с первого курса одна эта цель.» 

Азамат Томаев, 20
Факультет политологии, кафедра российской политики
3-й курс

«Мой путь к МГУ начался довольно давно. В 9 классе я переехал в Москву и поступил в школу, которая на тот момент была школой при Факультете Политологии МГУ. То есть в 8-м классе я уже определился с тем, куда буду поступать. Собственно, весь мой школьный путь я готовлюсь к поступлению именно на этот факультет. По правилам, можно сдать документы в 5 ВУЗов, на 3 факультета в каждом ВУЗе. Я же подаю документы только в МГУ и только на Факультет Политологии. Это было моей давней мечтой, к которой я пришел, и сейчас я наслаждаюсь этой мечтой.

На самом деле, уже в 5-м классе, будучи ребенком, я стал говорить, что хочу стать политиком. При этом я даже не помню, что мною двигало, и, конечно, я понятия не имел о политике как таковой. Но эта мысль меня интриговала, и потихоньку я пришел к тому, чем сейчас занимаюсь. Осознанный выбор был уже сделан в школе, когда мы переехали в Москву. Дома был разговор: » Азамат, ты можешь поступить в МГУ. Но для этого ты должен перейти в другую школу и учиться по-другому, чтобы соответствовать уровню МГУ. Либо ты остаешься в Осетии, и в спокойном осетинском ритме живешь и поступаешь в местный университет.» В принципе, в Москву мы переехали именно из-за меня и моей мечты. 

Когда я еще посещал дни открытых дверей, то обратил внимание на теплую семейную атмосферу. Наш факультет небольшой, но он является большой семьей, где все друг друга знают, и каждый может получить поддержку, обратившись за помощью. Это же прослеживается во взаимоотношениях с преподавателями. Несмотря на то, что они занимают высокие государственные посты, являются большими учеными и специалистами своего дела, однако нет дистанции между студентом и преподавателем. Каждый студент может подойти и посоветоваться по любым вопросам — будь это личные вопросы или вопросы, касающиеся учебной работы.

Помимо теории, много времени уделяется практике политологии. Я, например, возглавляю организацию под названием Молодежное Отделение Российского Общества Политологов. Это молодежная структура, которая позволяет студентам-политологам со всей России практиковаться в своих знаниях и умениях. Мы организовываем встречи с политиками, депутатами, государственными чиновниками, и в ходе таких интерактивных встреч, ребята задают вопросы и общаются с признанными мастерами. На факультет к нам так же часто приезжают иностранные гости, в том числе и профессора Оксфордского и Кэмбриджского Университетов, а так же знаменитые российские госчиновники и политические деятели. К слову, недавно у нас проходила конференция, посвященная революции, и приезжали Зюганов и Жириновский.

Наша страна — не какая-то закостенелая вещь. Наша страна постоянно развивается. Да, может быть, мы не видим прогресса в некоторых областях. Однако на нашу страну работает огромное количество удивительных талантливых людей, каждого из которых никак нельзя назвать «винтиком». Это государственные мужи, которые отдают всю свою жизнь на службу Родине. И, в этом плане, если сравнивать Россию 90-х и нынешнюю Россию, то мы видим, что прогресс налицо.

Такое негативное отношение к политикам в нашей стране, какое мы видим сейчас, сложилось в 90-е годы. Это было обусловлено огромным упадком, в котором находилась Россия. По-большому счету, не было политиков как таковых. Были бандиты, которые, в том числе, занимали руководящие посты в регионах. Государственная власть была ослаблена кризисом, в том числе и политическим, массовым парадом суверенитетов регионов. В это время, бандиты просто воспользовались ситуацией и попытались прийти к власти. И это, надо заметить, им удалось в некоторых регионах. Я думаю, если бы в 90-х я был бы не ребенком, у меня сложилось бы тоже такое отношение к власти, я бы так же не верил «этим». Память народа так быстро не рассеивается. Образ политика-бандита, политика-коррупционера укоренился еще в 90-х гг.  

Конечно, есть политики, вызывающие у меня особые чувства. Это, прежде всего, недавно ушедший из жизни Евгений Максимович Примаков. Просто удивительный человек! Человек, который всего себя отдал служению стране. Собственно, благодаря таким людям, создается успешная Россия. Это, скажем так, мой идеал, к которому я хочу стремиться. Я, безусловно, уважаю личность Владимира Владимировича Путина, нашего президента, а так же Сергея Викторовича Лаврова. И в личностном плане, и в том, что касается профессиональной компетенции, это те самые люди, на которых нужно ровняться.

Все зависит от нас. Если мы захотим, сделаем за 10 лет. Если будем хотеть меньше, сделаем за 15. Если вообще не будем хотеть, то никогда не сделаем. Все зависит исключительно от нас. По-разному можно относиться к опыту Германии и Сингапура, но ведь сделали! Сделали после полного развала, выстроив эффективную систему государственных кадров очень быстро. В России, понятное дело, все гораздо сложнее, и проблемы другие. Но, тем не менее, и эти проблемы можно решить.

Что касается будущего, у меня нет определенных положений типа «я ни в коем случае не хочу возвращаться в Осетию», «я буду работать только на федеральном уровне» или «я буду работать только в дипломатической сфере». Вовсе нет, это не так. Для меня самое главное другое ощущение — быть и работать там, где я буду полезен. Если я посчитаю, что буду более полезен в нашей Республике, то я буду работать на Республику. На мой взгляд, для политика вообще самое главное — это понятие «эффективности», то, где ты будешь более эффективен для своей страны. Куда тебя страна пошлет, там ты и должен справляться. Как солдат.»

 

 

Кристина Аккалаева, 20
Факультет Журналистики
3-й курс

«У меня всегда получалось писать сочинения, и в 10-м классе я приехала в Москву на олимпиаду «Ломоносов». Я прошла заочный этап и попала на очный, с которым уже справилась хуже. Написала олимпиаду по журналистике и английскому. Тогда я немного побыла в Москве, пережив свою первую тяжелую московскую зиму. Вот после этого опыта, я и решила поступать в МГУ. Помню, я зашла и тут же влюбилась в этот факультет. Это же Хогвартс! В общем, я стала готовиться к поступлению и сдачи ЕГЭ весь последний год школы.

В 11-м классе у меня появилась возможность попробовать написать что-то для журнала «Famous». Сначала я сделала материал с хирургом Роландом Биченовым, а потом предложила написать статью о большом теннисе. Мне кажется, я тогда объездила всю Осетию и встретилась со всеми тренерами и игроками для сбора информации. Это был первый опыт, который мне очень понравился. Я очень люблю большой теннис и поступала сюда, чтобы стать спортивным журналистом. Мне очень хотелось об этом писать.

Само поступление далось большим трудом и нервами. К этому моменту я не хотела больше никуда!  Я уже обожала журфак, знала всю программу, каждый день смотрела фотографии. И тут такой облом… Причем тебе не говорят, в чем проблема с сочинением. Я была на двух апелляциях. Все благодаря маме, конечно. Потому что сама бы я даже не решилась. Но мама ходила со мной везде, именно она добилась второй апелляции. Если бы меня так не поддержала мама, я знаю, что не сделала бы этого, не «добила». Когда в тебя так верят дома, ты сам начинаешь в себя больше верить. В итоге я оказалась на вечернем отделении. 

Я не могу сказать, что нас принимают с распростертыми объятиями только потому, что мы из МГУ. Мне кажется, сейчас это уже не важно, потому что если ты умеешь что-то делать, тебя в любом случае возьмут. Сейчас журналисту недостаточно просто писать. Требуется знание специальных программ и навыки верстки и писания кодов для сайтов. Нас этому обучают, но это, конечно, не для гуманитариев.

Мы с подругой в январе запустили онлайн журнал о семье как стиле жизни. Он называется MYPLACE. Тяжело потому, что нужно было сделать сайт, сформировать команду, найти авторов, фотографов и темы. Наши осетинские ребята мне очень в этом помогают. Мне бесплатно сделали сайт и разобрались со всеми техническими штуками, в которых я ничего не понимаю. Журнал сейчас — это основная моя работа и занимает почти все время.   

Еще за год до этого мы придумали совмещать спорт и моду, потому что эти две индустрии тесно переплетены. Мы запустили сайт, но потом полетел сервер, наступили каникулы, и все сошло на нет. Осенью мы вернулись на журфак и у нас начался спец-семинар «Редакционный проект журнального издания». Мы рассказали свою идею, показали проект нашего журнала, и преподавателю он понравился. Вместе с ней мы проработали всю концепцию журнала, написали курсовую, представили на международной конференции «Ломоносов» и начали работать. И сейчас это именно то, чем я хочу заниматься.  

Не стоит считать, что МГУ — это что-то заоблачное. Ничего вообще нельзя считать заоблачным для себя. Меня мама так учила. Моя мама никогда не ставит передо мной границ, учит быть свободным в том, о чем мечтаешь. Например, когда мы только начали делать журнал, она говорит: «Идите и возьмите интервью у Алены Долецкой». Кажется, где мы и где Алена Долецкая и VOGUE. Но ведь в принципе границ нет! Только ты сам их себе ставишь, говоря, что туда-то ты не можешь пойти, или то-то ты не можешь сделать. В общем, нужно ломать границы и не думать о том, что подумают окружающие.»

Наталья Адырхаева, 19
Экономический факультет,
2-й курс

«С 8-го класса я грезила журфаком, потому что обожала литературу. Но родители у меня инженеры. Папа учился в Бауманке на Ракетостроении. Брат-близнец моего папы, родной дядя окончил ГМИ. Моя бабушка была учителем математики. Поэтому с детства нас с братом «пичкали» математикой. Папа давал нам решать довольно сложные задачи, но, если мы не могли, он считал, что мы просто ленивые. Он занимался с нами просто постоянно. В общем, мы были юными математиками. Наши родители искренне думали, что у нас талант к математике, а на самом деле у нас просто не было выбора, потому, что мы с нею выросли. И у нас действительно получалось, мы принимали участие во всех олимпиадах. Был даже такой момент, когда мне казалось, что я пойду в Бауманку, потому что физика мне тоже нравилась. Даже когда мой папа тяжело заболел и не мог уже вставать с постели, он делал со мной лабораторные по физике. И не только те, что задавали в школе. Просто он, таким образом, хотел привить мне интерес. Хотя от Бауманки он меня отговорил и хотел, чтобы я поступила на Экономику.   

Когда папа умер, я была в 8-м классе, а в 9-м я уже должна была сделать какой-то выбор. Мама очень хотела, чтобы я поступила в МГИМО или МГУ, но поскольку платить за мое обучение она бы не смогла, я должна была быть хорошо подготовленной. Мы стали думать о курсах в МГИМО, и был выбор между литературой и математикой. Естественно, меня склонили к математике. Так я готовилась к поступлению на МЭО в МГИМО, но провалила вступительный экзамен — мне не хватило 2-х баллов. Поскольку я очень категорична, я не подала документы ни в один другой ВУЗ и решила, что буду готовиться еще год, чтобы поступить на МЭО. Но родственники настояли, чтобы я подала документы на Экономический в МГУ и Вышку. Я была категорически против Вышки и выбрала МГУ. Я совершенно не готовилась к вступительным и не занималась математикой уже месяц, наверное. С одной стороны, мне было бы стыдно провалить экзамен, а, с другой стороны, я хотела его провалить. Но я его написала и поступила на «бюджет». В общем, я с легкостью и без желания поступила в МГУ. Моя преподавательница даже говорит: «Вот, так не училась, что аж провалилась в МГУ».

Первая сессия, конечно, далась мне тяжело. Но потом потихоньку мне начало нравиться этим заниматься, и я стала понимать, какие возможности передо мной открываются. Кем я могу стать, что могу делать и как помогать своей семье. Как бы я хотела видеть свое будущее? Окончить журфак, создать свой бизнес и заниматься общественной деятельностью. А как я реально вижу свое будущее? Это, скорее всего, работа в одной из крупных консалтинговых компаний большой 4-ки. Их представители часто приходят к нам на факультет, и я понимаю, что туда можно пойти работать.

Сама я родилась и выросла в Москве, и для меня особенно важна связь с Родиной. Мои московские друзья всегда надо мной шутят и говорят: «Вижу осетин — не вижу преград». Я пришла в университет и тут же познакомилась со всеми осетинами. На протяжении 1-го курса мы знакомились и общались, потом поехали в горы, где было очень здорово. А уже на 2-м курсе мне позвонил Сос Фарниев и рассказал об идее создания Молодежного Представительства. До этого был МОС, у него были свои классные проекты, это было брендом, но теперь все серьезнее. Теперь мы официально стали Молодежным Представительством под патронажем Постоянного Представительства. Это, своего рода, официальный орган со своими правилами. Потом мы решили возобновить радио. Теперь мы все очень дружны, занимаемся Молпредством, проводим универсиады, ведем передачи Радио МОС. Для меня радость встречать новых людей. Для меня вдохновение — это люди. Хочется впитать что-то от каждого интересного человека, которого ты встречаешь на своем пути».

 

 



Алиса Гокоева


 

0c50737566b7c5a81d9cdc51227701b9
Будни

На пленарном заседании Госдума рассмотрела проект федерального закона  «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части стимулирования занятия граждан спортом и компенсации их расходов».

Туриева
Наши в городе

В 1996 году женский футбол стал официальным участником олимпийского движения. С тех пор его развитию ведущие мировые державы стали уделять большое внимание. В Осетии о нем впервые заговорили около 10 лет назад. Тогда же создали мини-футбольный клуб «Владикавказ». Однако проблемы, окутавшие в те годы местный футбол, не сулили новоиспеченной команде светлого будущего. Тем не менее, кропотливая работа девушек под руководством тренера Сергея Хинчагова принесла свои плоды. Noar.ru представляет интервью с «первой ласточкой» осетинского футбола, полузащитником клуба «Рязань-ВДВ» Асей Туриевой.